Кишинев ищет путь к Колбасне депутаты заговорили о диалоге с Москвой

Боеприпасы на складе в Колбасне вновь оказались в центре политической дискуссии в Молдове. И на этот раз спор идёт не только о количестве хранящихся там боеприпасов, но и о том, как Кишинёв вообще собирается решать проблему объекта, который находится вне его контроля.

Депутат PAS Василе Грэдинару заявил, что вывезти вооружение из Колбасны можно исключительно дипломатическим путём. По его словам, необходимо вернуться к механизму, предусмотренному Стамбульскими соглашениями, и возобновить переговоры с Российской Федерацией.

При этом Грэдинару признаёт очевидную проблему: сегодня прямого политического диалога между Кишинёвом и Москвой практически нет.

По его мнению, одного молдавско-российского диалога также будет недостаточно. Для реализации такого сценария потребуется поддержка европейских и американских партнёров.

Вопрос Колбасны для Молдовы остаётся крайне сложным именно потому, что речь идёт об объекте на территории, которую конституционные власти страны не контролируют.

Грэдинару настаивает, что независимо от того, сколько именно боеприпасов осталось на складе — десятки тысяч тонн или значительно меньше, — стратегическая цель должна оставаться неизменной: их полный вывоз.

Однако возникает принципиальный вопрос: кто и каким образом должен организовать этот процесс?

Молдова не располагает прямым доступом к складам и не может самостоятельно начать вывоз боеприпасов. Российские военнослужащие также находятся вне юрисдикции Кишинёва. Поэтому без переговоров с Москвой, участия международных структур и согласия стороны, фактически контролирующей территорию, реализовать такой план практически невозможно.

Именно это противоречие сегодня становится главным слабым местом молдавской позиции.

Депутат партии «Демократия дома» Александр Вершинин пошёл ещё дальше. Он заявил, что Молдове рано или поздно придётся найти механизм прямой коммуникации с Российской Федерацией.

По его словам, государство не может рассчитывать на решение проблемы, если отказывается разговаривать с одной из сторон конфликта.

Вершинин обратил внимание и на другую проблему — публикацию Службой информации и безопасности новых данных о Колбасне.

СИБ ранее заявила, что количество боеприпасов на складе значительно меньше показателей, которые использовались в публичном пространстве ранее. Согласно представленным данным, речь идёт примерно о 14 тысячах тонн боеприпасов, из которых около 2800 тонн имеют взрывоопасный потенциал.

Вершинин поставил под сомнение необходимость раскрывать подобную информацию публично.

Его вопрос фактически сводится к следующему: какую практическую цель преследовала публикация этих цифр — информирование общества, сигнал Москве или сообщение западным партнёрам? В августе СИБ совместно с Агентством военной информации Министерства обороны представила оценку потенциальной угрозы от склада.

Ведомство заявило, что опасность Колбасны в течение многих лет могла преувеличиваться, а сценарий масштабной катастрофы, сопоставимой с последствиями ядерного удара или взрыва в Хиросиме, технически нереалистичен.

Директор СИБ Александр Мустяцэ объяснил, что даже при гипотетической детонации последствия были бы значительно более ограниченными. По версии ведомства, возможная зона воздействия не вышла бы далеко за пределы ближайшей территории.

Таким образом, Кишинёв одновременно пытается изменить восприятие угрозы: с одной стороны, показывает, что Колбасна не является потенциальной «бомбой», способной уничтожить регион, а с другой — продолжает настаивать на необходимости вывоза боеприпасов.

И здесь возникает политическая дилемма.

Если угроза действительно не настолько масштабна, как утверждалось ранее, почему вопрос Колбасны снова становится одним из центральных элементов молдавской политики безопасности? Пожалуй, наиболее показательной стала позиция Вершинина о необходимости разговаривать с Россией.

Для нынешнего Кишинёва это крайне неудобная тема. Молдова последовательно дистанцируется от Москвы, однако проблема Колбасны напрямую связана с Российской Федерацией и российским военным присутствием в регионе.

Получается парадоксальная ситуация.

Кишинёв хочет решить проблему, но не контролирует территорию. Хочет вывезти российские боеприпасы, но практически не имеет прямого канала для переговоров с Москвой. Рассчитывает на поддержку Запада, но конечное решение всё равно невозможно принять без учёта позиции России и фактических властей на левом берегу Днестра.

Именно поэтому заявление Вершинина о необходимости «найти общий язык» с Россией выглядит не просто политическим мнением отдельного депутата. Оно отражает объективную проблему, от которой Молдове сложно уйти.

Даже если политический диалог с Москвой сегодня практически заморожен, вопрос Колбасны сам по себе никуда не исчезает.